Home » Гвоздь номера » НАША ПЕНСИЯ СПЕТА?

НАША ПЕНСИЯ СПЕТА?

«Общественная позиция»
(проект «DAT» №20 (384) от 25 мая 2017 г.
О чем сыр-бор?

НАША ПЕНСИЯ СПЕТА

В начале этой недели стало известно, что Международный банк Азербайджана (МБА) обратился в суд с заявлением о банкротстве, чтобы реструктурировать долг в 3,3 миллиарда долларов. Деньги эти «не чужие» и для нас – внутри них есть 71,3 миллиарда казахстанских тенге, которые были инвестированы Единым накопительным пенсионным фондом Казахстана (ЕНПФ). Ряд депутатов Казахстана уже направил официальные запросы в Нацбанк и премьер-министру страны с требованием разобраться в том, как такое стало возможно и что теперь намерены предпринять власти для возвращения этих денег.
Более 20 процентов пенсионных накоплений казахстанцев, или 1,4 триллиона тенге, размещены в ценных бумагах, подверженных серьезным кредитным рискам. Об этом по итогам экспресс-анализа доступной информации на сайте Нацбанка Казахстана в эфире программы AzattyqLIVE заявил экономист и бывший вице-министр по инвестициям и развитию, директор Центра прикладных исследований «Талап» экономист Рахим ОШАКБАЕВ.

– Совет директоров ЕНПФ не участвует в инвестиционном управлении, принятии решений по пенсионным активам, не принимает решений по покупке и продаже финансовых инструментов за счет пенсионных активов. Инвестиционное управление осуществляет Национальный банк. То есть ЕНПФ, получается, не причем. Вы что скажете? ЕНПФ виноват в том, что деньги каким то образом ушли в Международный банк Азербайджана?
– Многие наблюдатели, в том числе депутаты, отмечают очень странное поведение Национального банка, потому что с момента объявления о дефолте Азербайджанского банка в прошлую пятницу прошло шесть дней. Мы не получили ни одного комментария и ни одного заявления в ответ на свои обращения в Нацбанк и ЕНПФ. Формально, безусловно, председатель правления ЕНПФ права, они и не отвечают за размещение этих инвестиционных денег. В свое время были частные пенсионные фонды, у них были так называемые КУПА – компании по управлению пенсионными активами, которые получали комиссию. … Вот таким КУПА сейчас выступает Национальный банк.
К сожалению, несмотря на наше присутствие в Общественном совете ЕНПФ, полной картины о том, как принимаются решения – единолично или коллегиально, как это все происходит, кто подписывает, кто дает указание – не сложилось.

– Можно ли каким-то образом, если не знать, то, по крайней мере, предположить, как в транш Международного банка Азербайджана попали деньги ЕНПФ, кто конкретно принимал решение, на каких основаниях?
– Что достоверно известно, так это то, когда было осуществлено приобретение этих высоко рискованных ценных бумаг – октябрь 2014 года. Соответственно, последние нормативные документы Нацбанка, которые существует в открытом доступе, это инвестиционные декларации ЕНПФ, утвержденные постановлением правлении Нацбанка от 17 марта 2016 года. Какой нормативный документ определял порядок инвестирования, к сожалению, не известно. Публичного доступа к ним нет… Поэтому, к сожалению, я не смогу ответить на ваши вопросы.

– Вообще-то советник Нацбанка Айдархан Кусаинов в своей колонке на сайте Информбюро написал, что ситуация пока больше паникерская, деньги можно вернуть, как он считает, есть варианты. И вообще, когда вкладывались деньги в Международный банк Азербайджана, не было никаких особых проблем, хотя председатель Народного банка утверждает, что проблемы как раз были. Деньги можно вернуть?
– Об этом никто уверенно заявить не может. Я рад за господина Кусаинова за его оптимизм, хотелось бы, чтоб его видение реализовалось, и мы в полном объеме вернули эти деньги. Есть факты, связанные с тем, что мы купили ценные бумаги. Это была немного странная эмиссия, мы купили 100 процентов эмиссии. Вот у госпожи Шаяхметовой, как у профессионального банкира, есть большие вопросы, как можно приобретать 100 процентов эмиссии по их нормативным требованиям, они никогда не покупает более 15-процентной эмиссии, для того чтоб не быть единственным кредитором, с которым можно обойтись в индивидуальном порядке. Это первый факт.
Второй факт связан с тем, что банк объявил дефолт. Третий связан с тем, что на сайте разместили заявление о реструктуризации и объявили, что банк приостанавливает исполнение всех обязательств перед зарубежными кредиторами. Соответственно, то, на что ссылается советник Нацбанка господин Кусаинов – это заявление некого господина Гасанова, члена коллегии адвокатов, в связи с чем возникают вопросы: какое отношение он имеет к этому банку, насколько он полномочен делать заявление о том, что деньги вернут за счет Нефтяного фонда Азербайджана… Как остроумно заметил один комментатор в социальных сетях, почему об этом говорит адвокат, а не электрик? Поэтому пока мы не дождемся официального заявления этого банка, либо это будет временно управляющий, а может, это будет совет кредиторов и тому подобное, делать выводы пока рано.

– А можно ли опять-таки предположить, почему было куплено 100 процентов, а не 15 или 10, 50? Это вопрос на уровне каких-то договоренностей, которые выше, чем финансы?
– Я не могу обсуждать это. Все профессионалы рынка отмечают странность, возможно, за этим стоит оппортунистическое поведение. Я считаю, что с помощью парламента, депутатов мы узнаем, будет ли какое-то служебное расследование, насколько нарушены те нормативные документы, которые были актуальны на момент принятия решения о совершении этой инвестиционной сделки.

– Откуда у вас появилась эта информация? Вы, насколько знаю, были одним из первых, кто начал бить тревогу?
– Эта информация имеется в открытом доступе – о том, что МБА объявил дефолт, что Национальный банк Казахстана инвестировал туда, когда денег было достаточно. Эта информация есть на их официальном сайте. Конечно, сопоставив одно с другим, увидели, что есть вопросы. Более того, еще два года назад значительная часть экспертов задавалось подобным вопросом, почему пенсионные деньги находятся в этих ценных бумагах?
Я напомню, в 2014 году эти бумаги имели рейтинг от Moody`s, если не ошибаюсь В1, соответственно, по классификации Moody`s относит эти бумаги к рискованным характерам. Затем в феврале текущего года произошло понижение рейтинга. Действующее руководство Нацбанка предпринимало ли какие-то действия – мне не известно. Достаточно своевременно дала комментарии госпожа Шаяхметова, сказав, что они также в 2014 году инвестировали, но, увидев понижение рейтингов, ухудшение финансовой ситуации, незамедлительно вышли на профит (прибыль, барыш, выгода – D) из этих бумаг. То есть здесь что очень показательно? Один и тот же банк, по сути одна и та же инвестиция, но совершенно два разных поведения с геометрально противоположным результатам. В одном случае частный банк подходит ответственно, профессионально, он выходит из этих бумаг с профитом, в другом случае мы встанем в очередь из кредиторов в рамках процесса реструктуризации либо банкротства.

– И все-таки, деньги можно вернуть?
– Надежда, безусловно, остается, в любом случае из этой ситуации нужно извлечь уроки, необходимо поменять инвестиционную декларацию. Потому что предварительный экспресс-анализ, доступные информации на сайте Нацбанка показывают, что более 20 процентов пенсионных накоплений казахстанцев, или 1,4 триллиона тенге, размещены в ценных бумагах, подверженных серьезным кредитным рискам.
Если взглянуть на качество активов, которое измеряется сравнительной шкалой кредитных рейтингов и т.д., …и сделать небольшой анализ, то можно увидеть, что 593 миллиарда тенге размещены в облигациях и других ценных бумагах, которые характеризуются «с чертами спекулятивных». 668 миллиардов тенге, в том числе эти злополучные 71,3 миллиарда тенге в облигациях МБА – это спекулятивные обязательства. 179 миллиардов тенге – это обязательства очень низкого качества. И 300 миллионов тенге – это деньги в бумагах, близких к дефолту или уже в дефолте. Плюс еще 951 миллиард тенге, по данным ЕНПФ, размещен в активах, которые вообще не имеют кредитных рейтингов.

– Оправданы ли вложения пенсионных денег в столь высоко рискованные инструменты, если доходность ЕНПФ не высока?
– Как сказал председатель правления НБ РК господин Акишев, и с ним, безусловно, можно согласиться, ключевая задача управления пенсионными активами – это их сохранность. На втором месте – доходность. Исходя из этого, можно сделать вывод: действующая инвестиционная декларация, которая позволяет до 15 процентов активов инвестировать в рискованные облигации, не отвечает этим задачам. Я надеюсь, что по результатам «разбора полетов», декларацию пересмотрят.

– А головы полетят?
– Мне кажется, важно, чтоб головы не полетели, тем не менее, какие-то кадровые выводы должны бы сделать, потому что безнаказанность порождает продолжение подобной неэффективности.

– По поводу заявления ЕНФП о том, что все осуществлено Нацбанком, – насколько оно корректно? Например, политолог Досым Сатпаев, который также занимался вопросами пенсионных денег в Общественном совете ЕНПФ и который недавно добровольно подал в отставку, говорит, что в Совете по управлению Нацфондом председательствовали президент и премьер-министр.
– Вы знаете, такие коллегиальные органы высокого уровня, как правило, принимают решения на основе уже подготовленных вариантов. Соответственно, они имеет и должны иметь свои компетенции в вопросах конкретного анализа тех или иных возможных рисков. То есть они полностью полагаются на Национальный банк, в котором сидят специалисты-профессионалы, получающие заработную плату. Они делают анализ всех возможных рисков, вариантов инвестирования, потом предлагают его на Совет, который, как правило, доверяет профессионализму. Кто-то готовит проект решений, кто-то вносит предложения, как минимум, исходя из общей логики, кто-то готовит какие-то служебные записки, скажем, председатель правления Нацбанка либо директор департамента монетарных операций, который внес предложение о размещении денег на основе анализа. Дальше по цепочке, полагаясь на этот анализ, все подписываются под этим решением. Очень важно выявить тонкие места, где произошел сбой, почему это произошло? Опять повторюсь, этот вопрос не оставался за скобками, первый – кто размешал, второй – кто за ней мониторил инвестиции. То есть уже было очевидно, что они имеют низкий кредитный рейтинг. Насколько я знаю, некоторые квазигосструктуры имели тоже облигации этого банка, другого выпуска, другой эмиссии, они из них частично вышли, частично остались.

– Может ли ситуация с Азербайджанским банком сломить картину с прозрачностью управления? …Есть претензии и к Нацбанку, и к ЕНПФ, многое достаточно скрыто, мы узнаем пост-фактум. Начнут ли финансовые власти спрашивать советы теперь у независимых финансистов, экономистов, прислушиваться к ним?
– Это был бы позитивный и желательный исход развития событий. Потому что было бы здорово, если бы правительство, администрация президента в том числе доверяли независимым экспертам, которые, как минимум, могли бы дать общественную оценку тому, насколько рискованно или не рискованно, насколько правильно размещен инвестиционный портфель. То есть одно дело, когда есть люди, которые получают заработную плату за анализ рисков и за размещение инвестиций должны нести ответственность, другое – иметь альтернативное мнение. Это очень важно.

– Вы и Досым Сатпаев были в Общественном совете. Как показала практика, по крайней мере, я так понял, не очень-то этот общественный институт мог повлиять на мнение руководства Нацбанка, на мнение, отличное от генеральной линии?
– В целом создание Общественного совета – позитивный и смелый шаг, и за это надо отдать должное председателю правления ЕНПФ Нурбиби Наурызбаевой. Это шаг к открытости ЕНПФ. Да, были разные ожидания. В Общественный совет пригласили Досыма Сатпаева, Петра Своика, я присоединился к ним. Но то, что предлагали мы и другие члены Совета, позвольте метафору, ЕНПФ воспринял как рецепт лечения пальцев одной руки, тогда как нужно лечить весь организм, то есть всю пенсионную систему. Мы посчитали, что выдадим больше. И странно, когда фокусируются на совершенно незначительных вещах, полностью игнорировав фундаментальные вопросы.
Что такое фундаментальные вопросы в отношении пенсионный системы? На мой взгляд, в первую очередь, это несостоятельность накопительной системы. 1,4 миллиона вкладчиков всего имеют 12 взносов в год. Менее одного процента вкладчиков, насколько я слышал, имеют накопления свыше 5 миллионов тенге. Положиться в полной мере на накопительную систему мы сейчас не можем, не сможем и в будущем. Не считают эти деньги своими отчислениями нынешние вкладчики. Поскольку совокупная налоговая нагрузка на фонд оплаты труда очень высокая в Казахстане, мы видим очень большой феномен уклонения от уплаты, занижение реальных зарплат, не искоренена практика выдачи заработной платы в конвертах.
Вчера прошла новость позитивная, что дальнейшее повышение размера пенсионный отчислений 5 процентов с работодателя отложено с 2018-го до 2020 года, учитывая экономическую ситуацию. Второй факт: 5 процентов самого фонда расположено в гособлигациях. По ним платятся проценты, это ставка очень серьезно разрушает расходы на статью обслуживания госдолга. То есть, принимая во внимание экономический характер ситуации, …мы прорабатываем в нашем Центре все вопросы, обсчитываем гипотезы, возможность публичных предложений, попробуем создать коалицию других экспертов и экономистов, возможно, консолидировать ЕНПФ, отказаться от ежемесячных отчислений, заменить их на единый платеж с фонда оплаты труда. … Дать больше возможностей вкладчикам, им самим распоряжаться деньгами на лечение, на обучение, на решение жилищных проблем, возможно, сделать накопительную часть не обязательной, а добровольной.
Кроме того, у нас своя специфика, мы – нефтяная страна, у нас есть Нацфонд. Наши демографические тренды показывают, что нас ждет омоложение, наша возрастная пирамида показывает, что у нас очень большой запас для того, чтобы обеспечить пенсионерам достойную старость.

– Есть еще одна проблема ЕНПФ. То, что инфляция поедает пенсионные деньги и всю прибыль. Это чья вина? Чей провал?
– Это провал в целом политики пенсионного обеспечения, проблема тоже фундаментальна, в частности, деньги плохо управляются, очень высокие непрозрачные расходы на оплаты труда у ЕНПФ, очень много таких важных частностей.
Доверие к пенсионной системе крайне низкое. Поэтому не будем обманывать себя тем, что у нас есть хорошие, изящные экономические решения.
Что инфляция съедает – это все-таки издержки текущей накопительной системы, вопросов управления. Управленцы боятся брать на себя высокий риск. То есть палка о двух концах, если мы будем просить заработать больше, чем инфляция, то они должны вставлять рискованные бумаги. Они квазичиновники и, безусловно, боятся ответственности. Если они куда-то вставляются, то случаются такие агрессии, как с МБА. Требовать «крови» в этих условиях объективно невозможно.

– Предлагается, в частности, пенсионные деньги вложить только во внутреннюю экономику.
– Вот здесь опять-таки большая развилка, потому что нужно понимать породу этих денег. Это частные условные деньги, на которые ограничено право распоряжения. Люди получат позже свои деньги, когда выйдут на пенсию. И задача управления этими деньгами – сохранить и приумножить. Соответственно, из этих критериев можно инвестировать. Но из тех критериев поддержать экономику и банки. Поэтому эти деньги должны крутиться внутри страны, инвестирование в инфраструктурные проекты я до конца не поддержу. Наши деньги – это сохранность и возвратность. Если бы, условно говоря, мы сами распоряжались этими деньгами, наверное, мы бы их разместили в высокодоходную валюту, или бы инвестировали передовые зарубежные технологические компании, которые дают стабильность до 7-8 процентов в валюте. Решили бы эту задачу.

– Вы сказали, что частично могли распоряжаться граждане своими пенсионными деньгами. Некоторые депутаты предлагают раздать их. Насколько выгодно для государства, если люди сами бы распорядились своими деньгами?
– Это естественное желание, контраргументы обычно касаются того, что у людей якобы низкая финансовая грамотность, они потратят деньги, прокрутят на тоях, понесут в финансовые пирамиды. Мне кажется, это состоятельно, когда каждый человек ощущает себя хозяином своей судьбы. Мы можем выстроить такую уверенную пенсионную систему, когда ваш размер пенсии будет зависеть от того, сколько вы заплатили налоги. Ввести персонификации от уплаты не составляет никаких технологических проблем, размер солидарной пенсии можно было бы дифференцировать в зависимости от того, что вы всю жизнь работали, делали хорошие отчисления в виде налогов. В таком случае вы получаете больше, нежели чем тот, кто вообще не работал, не платил налоги, соответственно, должен получать минимальные пенсии…
• Рашифровку с AzattyqLIVE подготовила
Бахытгуль МАКИМБАЙ,
«D»
Кстати

НАША ПЕНСИЯ СПЕТА1

КТО ДОПУСТИЛ ДЕФОЛТ
из числа эмитентов, чьи ценные бумаги числятся в пенсионных активах «ЕНПФ»

1. АО «АБДИ Компани»
2. АО «Альтернативные Финансы»
3. АО «Альянс Банк»
4. АО «Астана-Финанс»
5. АО «Астана-Недвижимость»
6. АО «БИЛД ИНВЕСТМЕНТС ГРУПП»
7. АО «Досжан темир жолы (ДТЖ)»
8. АО «ЭКОТОН+»
9. АО «GLOTUR» (ГЛОТУР)
10. АО «Холдинг КАЗЭКСПОРТАСТЫК»
11. АО «Карагандинский завод асбестоцементных изделий»
12. ТОО «Комбинат строительных материалов и конструкций-2»
13. АО «РТ Холдинг»
14. АО «Казнефтехим»
15. АО «Орнек XXI»
16. АО «РЭМИКС-Р»
17. АО «РОСА»
18. АО «ТЕМА Ко.»
19. АО «Горно-обогатительный комбинат «Төрт-Құдық»
20. АО «Трансстроймост»
21. АО «VITA»
22. АО «КазЮвелирПром»
23. АО «Валют-Транзит-Банк»
24. АО «Казахстан Кагазы»
25. АО «ТЕХНО-Life»
26. ТОО «Охранная корпорация «Сары-Арка Сарбазы»
27. АО «Homebroker»
28. AO «Mineral Resources or Central Asia»
29. AO «Premier Страхование»
30 Landsbanki Islands hf.

Постфактум

По информации заместителя председателя правления Единого накопительного пенсионного фонда (ЕНПФ) Сауле Егеубаевой, объем проблемных активов ЕНПФ по состоянию на 1 мая составил 40,5 миллиарда тенге (около 130 миллионов долларов). «По этим активам сейчас ведутся работы по взысканию задолженности», – сказала Сауле Егеубаева на брифинге в Алматы. Также она заявила, что вложенные в проблемный МБА деньги пока не учтены в показателях инвестиционного дохода фонда. Облигации этого банка, отказавшегося в текущем месяце от исполнения валютных обязательств, пока числятся в портфеле пенсионных активов, их балансовая стоимость составляет 71,3 миллиарда тенге.

А вот как прокомментировал зампреда правления ЕНПФ независимый экономист Рахим Ошакбаев для нашей газеты:
Во-первых, мы не видим проблемные активы в портфеле пенсионных активов, т.к., не смотря на заявленную прозрачность деятельности, до сих пор мониторинг проблемных активов не является публичным документом, что рождает различные спекуляции, а факты это подтверждают, о том, что по факту возврат осуществляется только в размере 11% от объема проблемных активов. Данные о проблемных активах отображаются только в аудиторском отчете по пенсионным активам, на текущий момент самый свежий отчет за 2015 год. При этом в отчете за 2015 год, данные по неликвидным/некотируемым ценным бумагам даны крайне сжато, без расшифровок в отличии от отчета за 2014 год.
Во-вторых, в 2014 году, в момент консолидации пенсионных активов в ЕНПФ, размер проблемных активов составлял 161,45 млрд тенге (4,4% от всего портфеля на 01/04/2014), в числе проблемных активов числились инструменты 32 эмитентов.
В феврале этого года ЕНПФ опубликовал новость* о том, что задолженность снизилась по переданным инструментам с 161,45 млрд тенге до 36,45 млрд тенге, количество проблемных эмитентов сократилось с 32 до 19 компаний.
«По двум компаниям задолженность полностью погашена (1,3 млрд тенге по номинальной стоимости), по четырем эмитентам произведено списание финансовых инструментов в связи с завершением процедуры банкротства и ликвидацией (10,2 млрд тенге по номинальной стоимости), по семи организациям задолженность реструктурирована (113,4 млрд тенге по номинальной стоимости)», – ЕНПФ* 08/02/2017.
Согласно последнему брифингу ЕНПФ**, за 4 месяца этого года проблемная задолженность приросла на 4 млрд.тенге, и составила Т40,5 млрд. При этом в феврале месяце ЕНПФ заявлял о планируем возврате 10 млрд.тенге, которых мы еще не видим.
ЕНПФ ранее предоставлял информацию* по работе с проблемными активами следующего содержания:
– в отношении двух эмитентов проводится реабилитационная процедура (общая сумма задолженности по номинальной стоимости – 15,98 млрд тенге);
– с четырьмя эмитентами фондом ведется работа по внесудебному погашению задолженности (общая сумма задолженности по номинальной стоимости – 1,6 млрд тенге);
– по 10 организациям ведется сопровождение исполнительного производства о взыскании задолженности в пользу фонда (общая сумма задолженности по номинальной стоимости – 7,97 млрд тенге);
– еще пять эмитентов признаны банкротами в период 2007-2013 годы («Трансстроймост», VITA, GLOTUR, Валют-Транзит Банк, Карагандинский завод асбестоцементных изделий). Общая сумма задолженности по номинальной стоимости – 15,05 млрд тенге).
В-третьих, что касается излюбленного тезиса ЕНПФ о полученной прибыли, необходимо понимать, что ЕНПФ монополист и фактически монополизирует прибыль финансового сектора на фондовом рынке Казахстана. Например, в 2015 году операции РЕПО Фонда занял долю в размере 32,1% от общего объема сделок с РЕПО на KASE.
*http://www.enpf.kz/ru/o-fonde/press-tsentr/smi-o-nas/index.php?ELEMENT_ID=2166
**http://www.abctv.kz/ru/last/33081
«D»

Заявление

ТРЕБУЕМ ОТ ВЛАСТИ полного отчета по ЕНПФ!

С момента образования Единого Накопительного Пенсионного Фонда наша партия многократно предупреждала, что при отсутствии в стране действенных методов политического и общественного контроля создание очередного непрозрачного монополиста приведет лишь к увеличению масштаба злоупотреблений.

В итоге сегодняшняя ситуация с вложением ЕНПФ около 80 миллиардов тенге в облигации обанкротившегося Международного банка Азербайджана стала логическим продолжением предыдущих скандалов. В числе которых – покупка ЕНПФ облигаций ТОО «Бузгул Аурум» на 5 миллиардов тенге, большой риск потери 3-миллиардного депозита в «КазИнвестБанке», «списание» 100 миллиардов тенге при объединении счетов вкладчиков в ЕНПФ.
Мы считаем, что такое положение стало совершенно нетерпимым, угрожающим каждому казахстанцу и национальной безопасности страны! Мы убеждены, что выходом из сложившейся ситуации может являться только определение и ужесточение личной ответственности руководителей Нацбанка, в чьем ведении находится ЕНПФ, за подобные безответственные решения.
В связи с этим наша партия требует от руководства Национального банка предоставить обществу исчерпывающую информацию по следующим вопросам:
1) По каким причинам в 2014 году было принято решение вложить национальные пенсионные активы в банк Азербайджана – сырьевой страны с низким инвестиционным рейтингом, при этом в период затяжного падения цены на нефть?
2) Каковы были рекомендации подразделений инвестиционных рисков ЕНПФ и Нацбанка по этому поводу?
3) Какой была роль в принятии данного решения каждого члена Правления, Совета директоров, Инвестиционного совета Национального банка?
ОСДП требует от президента и правительства:
– детально расследовать обстоятельства покупки ЕНПФ облигаций Международного банка Азербайджана, привлечь виновных к личной ответственности за принятие решений, наносящих ущерб Республике Казахстан;
– обеспечить проведение тщательного независимого аудита всей деятельности ЕНПФ с момента его создания – в частности, куда, когда, чьим решением, под какие проценты и на какие сроки осуществлялись инвестиции;
– предоставить обществу полный отчет о деятельности ЕНПФ и дать ей исчерпывающую оценку.
ОСДП

About Zika1961