Home » Гвоздь номера » ЧЕТВЕРТОЕ ПИСЬМО ПОЭТА ПРЕЗИДЕНТУ

ЧЕТВЕРТОЕ ПИСЬМО ПОЭТА ПРЕЗИДЕНТУ

«Общественная позиция»

(проект «DAT» №39 (403) от 26 октября 2017 г.

 

«Не государство – где владыкою один»

 


Вот я опять надумал еще раз побранить адресата этого моего уже четвертого по счету «Письма Поэта Президенту», с хиленькой надеждой, что он, как никак мой собрат по перу, в конце концов поймет меня, своего «заклятого», зато честного и полезного, прежде всего для него самого, друга.

 

В тебе, господин Назарбаев, когда ты, по существу, случайно и незаслуженно взобрался на Олимп власти и почувствовал себя и вправду чуть ли небожителем, с течением времени подспудно начало развиваться «кесарское помешательство», то есть известное в психиатрии и медицине заболевание человека, которое соединяет в себе веру в свое неограниченное превосходство над другими, что неизбежно приводит к усилению в нем зуда прославления своей личности, ненасытной жажды узурпаторства, маниакальную тягу к грандиозным, но сомнительным строительным начинаниям, в связи с чем как не вспомнить Софокла: «Не государство – где владыкою один». Тут любой человек вправе прибавить к мысли древнего афинского трагика: горе гражданам такого государства.

Нет спору, мы с тобой, господин Назарбаев, люди одного поколения, хотя с разным, резко отличающимся друг от друга, прямо-таки полярно противоположным менталитетом, фундаментальным расхождением по восприятию многих вещей и явлений в мире, а также разных аспектов человеческого бытия, и все это имеет место быть в то время, когда нам известна среднестатистическая плаха или, по-другому, загадочная черта биологического лимита срока пребывания в этом лучшем из миров с каждым прожитым годом (если только не месяцем и днем) все сокращается, а сама нежная и тонкая, как осенняя паутинка, чудная ткань жизни скукоживается, как шагрень, по образному выражению О. Бальзака. Кстати, вспоминаю и другое замечание этого многодумного француза: «Гений похож на всех, но никто не похож на гения». И ты можешь вообразить себя каким угодно гением, лишь бы не все были похожи на тебя.

Да, у нас с тобой действительно все короче становится «промежуток времени, протекающий между первым криком младенца и последним вздохом умирающего», как не менее остроумно и справедливо, емко и красочно выразилась еще полтора столетия назад удивительно умная женщина по имени Анни Безант, теософ, писатель и оратор, короче, «Демосфен в юбке», как ее аттестовала не менее образно и ярко Е.П. Блаватская, сама «Сфинкс девятнадцатого века», почти наша землячка – она же жила, помимо непосредственно примыкающих к Казахстану Астраханской и Саратовской областях и в тогдашнем Семипалатинске, нынешнем Семее. Младенческому крику твоему, т.н. Елбасы, несомненно, радовались прежде всего твои счастливые родители, другие родные и близкие люди, наверное, все аульчане, и дай Аллах, чтобы теперь не было повода для радости у твоих сограждан твоему последнему вздоху…

Каждому человеку, естественно, дорого время своего проживания, потому что оно его бесценное неповторимое сокровище, но, должен сказать, кажущаяся тебе, т.н. Елбасы, интересной и важной твоя суемудрая «мемориальная мания» меня волнует меньше всего. Но у меня и близко не было мысли или намерения заниматься диффамацией – собиранием, тем более изысканием по кустам да по норам порочащей информации о ком-либо, в том числе о власть предержащих, даже о тебе, касательно твоих придворных и приспальных секретов…

А если помимо моей воли объективная информация о тебе окажется на самом деле неугодной, слишком не лестной для тебя, то в том нет моей вины. Я руководствуюсь в своих действиях не сиюминутными соображениями и не вторичными причинами, а неизменно исхожу из принципа primus motus – первоначального толчка, который вызревал во мне так долго, заставляя переживать мучительные боли и страдания, свойство, имманентно присущие всей моей натуре, от корней волос до кончиков пальцев… Сейчас просто чаша моего терпения переполнилась, и исключительно по этой причине я еще раз обращаюсь к тебе, во-первых, как сверстник – сверстнику, во-вторых, как поэт – поэту, которые «друг другу есть кунак», как когда-то почти по-казахски выразился еще один замечательный русский труженик пера С. Есенин.

 

Я здесь, думаю, не зря называю тебя собратом по перу, ибо, как я слышал, ты являешься одним из соавторов государственного гимна Казахстана, первоначально написанного, помнится, другими поэтами без дураков. И, наконец, в-третьих, мы с тобой соплеменники, хочет признать это кто-либо из нас или нет. Только я до сих пор не в состоянии понять моим слабым, бренным умом, какая же кровь течет в твоих жилах, казахско-номадская или давно уже другая? А ведь Анахарсис, Токсарис и другие подобные им знаменитые свободолюбивые скитальцы бескрайних степных просторов Евразии пользовались большой славой среди эллинов, обнаруживая характерные черты своего племени: любознательность, простоту, справедливость. Например, как гордо и находчиво ответил первый из них на вопрос одного любопытного грека: «Оружие мы имеем не против других, а для собственной защиты в случае необходимости; но доселе это не понадобилось: ибо мы являемся для наступающих и борцами, и призами за победу; но такой приз немногие любят…».

Подобные жизнеутверждающие мысли – великая ценность, которая никогда не должна потеряться ни в пространстве, ни во времени. А сконцентрированная мысль, сфокусированное сознание и без посредства каких-либо психоаналептиков воздействуют и на окружающий нас материальный, физический мир, управляемый «сам себя познающим разумом» (Гегель). И этот дар, даже не дар, а саму сущность жизнедеятельности человека, сияние которой и есть мысль, не мудрено иному ее обладателю и потерять, если к тому же он правитель, но не обременен широкими и высокими познаниями, научными, философскими, художественными, религиозными вплоть до паранаучных и эзотерических, в которых должен соблюдаться закон совибрации энергии человеческих мыслей, слов, идей.

Но правда и то, что одаренность человека не связана ни с весом его мозга, ни с количеством извилин и борозд в нем, ни с величиной его поверхности. Известно, вес мозга И.С. Тургенева потянул весьма прилично для человека – 2012 гр., тогда как у одного идиота-эпилептика он равнялся 2850 гр. А что, если в мозгу человека, кроме естественной главной извилины, есть еще одна особо заметная, оставшаяся от каски, допустим, сталевара? Если человек раньше, в допотопные времена, еще не облаченный, кроме естественных, какими-то еще законными, больше того – конституционными правами, которыми он сейчас везде и всюду качает, всерьез полагая, что правильно делает, верил в мистическое бессмертие правителя-вождя, беспрекословно выполняя все его приказания, то теперь его, человека-избирателя, с легкостью разбирающегося во многих вопросах жизнеустройства, насильно не заставишь верить в чье бы то ни было магическое, колдовское слово. Ему подавай живые примеры, доказательства, что реальное и трезвое мышление доступно человеку, которого он выбрал себе в президенты ли, в премьеры ли (имеются государственно-политические системы с разными формами правления), зная, что в мире существуют, помимо суетных реалий, сулящих гибельный соблазн, способный рассердить, озлобить, обидеть его, и альтернативные ситуации, показывающие, что будущее всегда антиномично – то есть оно нисколько не однозначно и фатально, но и одновременно многовариантно, что если этот правитель не справляется со своими задачами, то ему лучше отправиться, образно говоря, на кудышкину гору (интересно, одна из сопок в Орехово-Зуевском районе Московской области так и называется).

 

Здесь я попытаюсь собрать все свои лоскуточные мысли в один кулак, а не разбросав их в разные фазы и ракурсы, и вспомнить еще один не только изумляющий своей образностью и лаконичностью, но и убеждающий своей практической полезностью совет Платона: «Будь повелителем самого себя; царствуя и управляя собою, ты будешь иметь превосходное владычество и самую важную должность». Как видим, он предостерегает правителя не стать самозванцем.

Присовокуплю с удовольствием еще один его совет: «Счастье состоит не в том, чтобы называться мудрым, а быть оным на самом деле», ибо иллюзия пагубна, когда приобретает форму «mania grandio», а у тебя с этим полная неразбериха, с чем мог бы играючи разобраться и сам. Что касается меня, тут я вспоминаю замечание еще одного величайшего учителя человеческого рода, Шекспира, который сказал, что отрезал: «Это превыше всего: быть самим собой». Прислушавшись и подчинившись этому совету, ваш покорный слуга, в корне и принципе отличаясь от тебя, т.н. Елбасы, не смог (да и не старался, видит Бог) возвыситься над кем-либо из своих соплеменников и вообще каких угодно современников.

Согласен, мы сходимся с тобой в одном: ненасытности наших натур. Однако следует выяснить, кто, как и чем ненасытен, ибо, как говорят арабы, «ненасытными бывают двое: стремящийся к знаниям и стремящийся к богатству». В этом плане ты меня опередил, однозначно «заткнув за пояс»…

Господин т.н. Елбасы, хотя наша судьба с тобой, отныне одинаковая для нас обоих близостью к завершению, сложилась совершенно разной на этом свете, вполне возможно, она может сложиться совсем по-другому «потом», на том свете, в существовании которого в наше время мало кто из разумных людей сомневается. Как тебе известно, или надеюсь, что известно: сегодня есть совершенно трезвые умозаключения, возможно, невероятные для людей определенного разумения, но совпадающие со всей древней, вне всякого сомнения, мудрой мистикой и подтверждаемые самой что ни на есть современной наукой, в частности, квантовой физикой, а также чисто экспериментальными данными, суть которых сводится к тому, что в мире, и явленном, и неявленном человеку, неисчислимое множество граней и слоев, характеризуемых немыслимыми свойствами и качествами, т.е. нет ничего невозможного, в том числе жизнь по ту сторону, где несомненна наша с тобой встреча.

С учетом вышеизложенного, лишь бы нечаянно и незаметно не наступила у нас с тобой возрастная дегенерация мозга, чтобы наши взрослые дети и подросшие внуки не говорили за нашей спиной: «Лечить мертвеца и поучать старца – одно и то же». Это я говорю сейчас, в превентивном порядке, с учетом непрерывности бега времени, не находясь в позе вечно страждущего и скорбящего, а просто из достоверно-здравого смысла и суждения.

Увы, я лишний раз убеждаюсь в правоте Конфуция, сказавший, что «не происходит изменений только с высшей мудростью и самой большой глупостью» или, если вспомнить народную мудрость, заключенную в поговорке: «Горбатого только могила исправит». Кстати, первоучитель китайской нации еще четко предупреждал, что «когда не ведают далеких дум, то не избегнут близких огорчений». Но я знаю, что ты, господин т.н. Елбасы, не долго кусал локти после неизбежно случившегося распада СССР.

Мы, я имею в виду нас с тобой, господин президент, обоих, и без того провели большую часть своей жизни в стране советов, где не просто произносилось, а по-настоящему навязывалось населению столько наставлений-нравоучений от власти с приторно-слащавым и притворно-лживым характером, что к ним у людей вырабатывалась форменная аллергия.

Но не у всех. Были у нее, у власти, записные, дежурные агитаторы-пропагандисты, оказавшиеся в конечном итоге не просто заурядными, еще и зловредными, по большому счету, зомбировщиками, если позволительно употребить такой неологизм за отсутствием другого адекватного понятия для этой, скажем, весьма своеобычной профессии. Одним из таких промывателей мозгов был ты сам, секретарь парторганизации большого комбината на Карагандинском угольном бассейне или где-то там рядом, может быть, в городе Темиртау, не суть важно, со специфическими формами и навыками мышления, с сильным идеологическим флюидическим шнуром в башке к многочисленному коллективу горняков.

И в качестве верного «солдата партии» с жеваной-пережеваной пропагандистской жвачкой во рту убеждал своих слушателей в истинно отеческой заботе партии и правительства о них, характеризуя и кляня тяжелую, беспросветную жизнь простых людей труда на «загнивающем Западе». Всем этим букетом сказаний, точнее этой суетной болтовней, ты с азартом потчевал своих земляков, не зная, даже нисколечко не желая знать об истинном положении, о том, что этим людям еще тошнее становится слушать от твоего дежурного оптимизма о будущем, но, куда им деваться, все равно приходилось жить, вернее – выть в то время, когда в доме ни им самим, ни их детям не хватало элементарных вещей, даже не вещей, а просто еды на столе, пусть даже не сытной – нормальной.

Занимая такую непыльную и в будущем бесспорно сулившую существенную служебную карьеру партийно-комсомольского руководителя, должность, исправно приводил в действие все приводные ремни от Власти к массам, что было равносильно тому, о чем говорят тибетцы: «Пока живешь в теле осла, наслаждайся вкусом травы».

Одним словом, ты никогда не обладал свойственному нормальному человеку нравственным мерилом правды, искренности и совестливости, и потому учить тебе кого-то этим качествам и тогда было по определению противопоказано. А ведь пытался и все еще пытаешься-пыжишься, быть может, не машинально, а по натуре, к великому огорчению, совсем не второй…

Прошедшее с тех пор время не оказалось для тебя безвозвратной далью – ты просто перешагнул из одной эпохи в другую, даже не почувствовав как следует разницу между ними и, к глубокому сожалению, не смог избавиться от болезнотворных вирусов прежней эпохи – у тебя сохранилась укоронившаяся привычка одурачивать массы, называя вещи не своими именами, а иносказательно, по возможности смягчая-нивелируя остроту их истинного положения на тот или иной исторический момент, и сейчас только пользуешься новой терминологией, наукообразной, отчего более удобоваримой в сегодняшних реалиях, даже с намеком на собственную ученость.

 

Ты тогда, ссылаясь на грядущее безусловное выполнение исторических решений очередного или любого иного судьбоносного съезда родной партии и мало чем отличающего от него пленума ЦК КПСС, а вдобавок решений, резолюций, постановлений республиканских аналогов этих союзных инстанций, как будто каждый раз находя в них словно настоящий метакод жизни республики, не меньше того, призывал своих слушателей потерпеть-преодолеть кое-какие нехватки и неудобства в жизни и быту, выражавшиеся в повальном дефиците как ширпотреба, так и, что значительно хуже, продуктов питания, когда на прилавках магазинов было пусто, как говорится, шаром покати, избегал называть конкретного срока наступления счастливого момента осуществления тех самых исторических решений и эпохальных постановлений, лишь кивая-отсылая на неопределенное будущее.

В таких случаях у нас говорят: «Как бык плодлив, так вол шумлив». Еще ведь Абай предупреждал о беде шумливого человека, чьим непременным атрибутом является болтливый язык: «Да будет слово мудреца Не достоянием глупца. Чтоб светом истины узреть, Должны быть зрячими сердца!» или «Правитель плох – И, видит бог, Как плохо бедному люду. Взгляни на съезд, Съезди в уезд – Несправедливость всюду!». Согласись, гений как будто зрит и видит лучше своих недостойных потомков истинное положение дел, творящихся сегодня в его Отечестве. Неужели ты не мог (к ужасу, и сейчас не можешь) понять и отринуть прочь всю фальшь и паршивую суть той своей работы, не примерять на себя грязную, засаленную тогу своих боссов со Старой площади в Москве?

Право, мне трудно и не хочется, по правде, мириться с мыслью, что ты, взвалив на плечи своих сограждан муки горестей и забот, полностью впадал во грех праздности или бездушия, даже допускаю, что и вовсе не эстетизировал подобный неумело или плохо скрытый аморализм, а делал то, что делали многие другие, подобные тебе субъекты, овладевшие азами так называемой теории марксизма-ленинизма…

В своей партийно-воспитательной работе (чем же иным ты занимался или мог заниматься, если был парторгом) ты в основном наверняка нажимал-налегал на членов комсомола, доверчивую и послушную, еще имевшую до поры до времени задорно-задиристую силу всякого коллектива, называя-величая их «молодыми строителями коммунизма», призывал ни от чего не унывать, а «вкалывать», не щадя живота, в шахтах, на забоях в основном за здорово живешь, имея перед глазами и подражая беспримерному образцу труда живого зачинателя массового новаторского движения в Советской державе – оплоте мира во всем мире, незабвенного русского мужика товарища А. Г. Стаханова, некогда трудившегося тоже здесь, в Караганде, перебравшись с Донбасса, где, будучи забойщиком шахты, в далеком 1935 году установил всесоюзный (если только не мировой) рекорд по добыче угля под землей.

Как все твои сотоварищи по цеху идейно-патриотического воспитания советских граждан, занимавшиеся на ниве агитации и пропаганды, своего рода месмеризмом типа вышеприведенных гипнотических сеансов, сами блуждая в хаосе предрассудков, трафаретов, стереотипов спускаемого с верхов командно-направляющегося мышления, ты тогда, уже во вполне взрослом возрасте, к сожалению, не дал себе труда понять простейшую истину, что человеческие отношения – открытая система, и начисто забывал, что «все в мире и яд, и отрава, в зависимости от дозы» (Сенека), в результате чего закормил свою часть «паствы», называвшейся «советский народ», не тем, чем надо, отчего она, к тому времени уже одряхлевшая, вконец окончательно онемела и околела.

(Продолжение следует)

 

Амангали СУЛТАНОВ,

писатель

г.Москва

sultan1936.aman@gmail.com

About Zika1961

Добавить комментарий